СОДЕРЖАНИЕ ПЕВЧИХ ПТИЦ У НАС ДОМА


Клетка для птицы не то, что тюрьма для человека, поэтому дер­жать птиц в клетках — совсем не признак жестокого сердца…

М. Н. БОГДАНОВ.

Очерки из жизни русской природы.

Если вы решили держать птиц у себя дома в клетках, то надо всегда помнить, что вы берете птицу к себе на всю ее птичью жизнь.

Существующий у нас обычай выпускать птиц на волю весной является диким и вредным, и его сохранение, особенно у нас, в нашей великой социалисти­ческой стране, является. совер­шенно недопустимым.

Связанный с религиозными суевериями («в чужбине свято наблюдаю родной обычай ста­рины: на волю птичку выпус­каю при светлом празднике весны»), приуроченный к цер­ковным праздникам благове­щения — когда птица гнезда не вьет, этот «родной обычай ста­рины» противоречит и наблюде­ниям и простому здравому смыслу.

Птица, прожившая в клетке более месяца, привыкает к лю­дям и перестает дичиться их, она разучивается находить корм, получая его всегда готовым в клетке, птица теряет способ­ность быть вечно начеку — един­ственную способность, позво­ляющую ей, совершенно безза­щитному существу, окружен­ному целым рядом врагов, со­хранять свою, жизнь. Выпущен­ные из клеток все без исклю­чения птицы делаются жертвами хищников, попадают под ноги лошадей и прохожих, под коле-

Са автомашин или, наконец, просто погибают от голода. Обы­чай выпускать птиц на волю именно весной является жестоким. Ранняя весна (а благовещение — начало весны) — один из самых тяжелых периодов года в жизни птиц. «В особенности скверно при­ходится выпущенным весной из клетки зимующим птицам. Летом или весной, когда нет ни ягод рябины, ни семян ясеня, когда конский щавель не только не имеет семян, но едва образует завязи, когда осыпались семена крапивы, выпускают снегирей, привыкших по зимам кормиться именно перечисленными кормами…» (В. Г. Дор- мидонтов «Птицы в неволе»).

Выпустив птиц на волю весной, вы совершенно сознательно обрекаете ваших друзей, которые в холодные зимние месяцы доставляли вам удовольствие своим пением и развлекали вас своим обществом, к которым вы привыкли и которых полюбили, на безусловную гибель. Это утверждение не голословно, приведу несколько примеров из моей практики.

У меня долго жила лазоревка. Весной птичка начала прихва­рывать. Не желая видеть гибели синички, я ее выпустил в сад, в который выходили окна моей комнаты. Лазоревка часа два прыгала по веткам кустов смородины, яблоневых и грушевых де­ревьев, растущих в саду, а затем влетела в мою комнату через раскрытое окно. В комнате она сейчас же порхнула к месту, где висела ее клетка. Я ее выпустил за окно вторично, через четверть часа лазоревка снова была в комнате. Так повторялось несколько раз, пока птичка не переупрямила меня, и я ее оставил у себя. У меня был реполов (одна из трудно приручающихся птиц), проживший в клетке около полугода. Летом мне понадо­бились дополнительные клетки для молодых канареек, и я выпустил реполова (корма летом везде достаточно!). В тот же день сосед­ские ребятишки принесли мне мою птичку обратно. Оказывается, реполов сейчас же после своего «освобождения» влетел к соседям в галерею и стал биться в окно комнаты. Я имел славку-черно — головку, прожившую у меня всего около 2—3 месяцев. Славка была куплена весной, сейчас же после прилета, на Птичьем рынке в Москве. Черноголовка у меня начала петь очень скоро, как это обычно и бывает с вовремя пойманными весной птицами. Му­равьиные яйца, основной корм моей славки, у меня окончились, собирать для нее новых я не имел времени. При доме, где я жил, был сад с гнездящимися в нем черноголовками, и я выпустил свою Черноголовку в этот сад, надеясь, что птичка, сравнительно не­долго сидевшая в клетке, легко найдет себе пищу.

Первое известие о моей Черноголовке я получил в день ее освобождения. Славка подлетела к стиравшей в саду женщине и села на корыто с водой, чтобы напиться. Дня через 3 я нашел трупик Черноголовки у забора, птичка погибла от голода.

Необходимо помнить поэтому, что птиц можно, даже нужно, выпускать в течение 1—5 дней после поимки в случаях, если птица отказывается брать предлагаемый ей корм, если она, не переставая, отчаянно бьется в клетке, если она начинает хворать.

Итак, если вы берете птицу на всю жизнь к себе в дом, то эту жизнь ей надо обставить возможно лучше. Первым условием для нормального существования птицы является соответствующее ей помещение — клетка.

Обсуждение закрыто.